Фамилия «Аврамовы» довольно распространенная и происходит от имени Аврам, или Авраам. Встречается у русских, евреев, а также у болгар и сербов.

Самые ранние достоверные сведения об Аврамовых, имеющих отношение к нашей родословной, относятся ко 2-й половине XIX века. Жили они тогда в Климовом посаде Черниговской губернии (ныне город Климово Брянской области). Климова слобода (с начала XIX в. – Климов посад) была основана старообрядцами в первой половине XVIII в. К старообрядческой церкви принадлежало большинство ее жителей, и в том числе, очевидно, отец Прокофия Терентьевича, Терентий Александрович Аврамов. Во всяком случае он являлся одним из ее попечителей в 1900:

«Сведения о старообрядческих молельнях, попах, уставщиках по Черниговской губернии на 1900 год»… (Фонд 679, опись 7, дело № 29). Посад Климово

…

2. Белокриницкая на Новой улице общественный дом, м[ужчин] – 708 ж[енщин] – 800, лжепоп д. Таракановка Медынского уезда Калужской губернии Николай Смирнов, попечители – Стефан Тимофеевич Ершов, Иван Семенович Аксенов, Василий Иванов, Терентий Аврамов и Никита Акимов».

В Климове проживало довольно много людей по фамилии Аврамовы. Кто же из них мог быть отцом Терентия Александровича (дедушкой Прокофия Терентьевича, прадедом Виталия Прокофьевича, пра-прадедом Дмитрия Витальевича)? Наиболее подходящим «кандидатом» представляется некий купец Александр Аврамов, упоминающийся в архивных источниках в связи со следующим делом.

Журнал присутствия Черниговского губернского правления,

Декабря 19 дня, 1869 года

По 5-му Столу, 2-го Отделения

Слушали:

(№ дела 968). Рапорт Новозыбковского Уездного Полицейского Управления от 18 ноября за № 20773, коим испрашивает разрешения Губернского Правления на опись и оценку движимого имущества, принадлежащего мещанину Харитону Родионову, заключающегося в доме в [нрзб] Климовой для продажи с публичного торга на снос на пополнение долга купцу Александру Аврамову 26 р[ублей] д[енег], причем докладывает, что должник денег сих при требовании не уплатил, а обеспечил означенным домом, принадлежность которого ему подтвердилась приказным расследованием.

Приказали: Согласно настоящему представлению [нрзб] Управления разрешить ему составление описи и оценки движимого имущества мещанина Харитона Родионова, заключающегося в доме для продажи с публичного торга на снос на пополнение долга его купцу Александру Аврамову 26 р. д.

Опись и оценку сказанного имущества произвести порядком, изложенным на сей предмет в законах (ст. 1867—1869 Х т. 2 ч. и послед.) и в случае неуплаты должником в положенный законом срок следуемого с него взыскания, немедленно сделать распоряжение о продаже того имущества установленным порядком (ст. 2181—2216 Х т. ч. 2 и Высочайшее повеление 20 марта 1867 года); о чем послать указ Новозыбковскому уездному управлению и(?) журнал этот отослать для просмотра Губернскому Прокурору.

(Подписи)

  

В Черниговское Губернское Правление

Новозыбковского Уездного Полицейского Управления

Рапорт

Полицейскому Управлению доложено: дело о должных климовским мещанином Харитоном Алексеевым Родионовым климовскому купцу Александру Аврамову 26 рублей серебром, по рассмотрении которого оказалось, что должник Родионов по требованию долга не заплатил, а обеспечил принадлежащим ему в посаде Климовой домом, на который документа хотя и не представил, но принадлежность ему оного подтверждена приказным расследованием жителей посада Климовой.

Определяли: представить Черниговскому Губернскому Правлению и просить разрешение на опись, оценку и продажу на снос принадлежащего должнику Родионову дома на удовлетворение долга его купцу Аврамову.

(Подпись)

 

Купец Александр Аврамов может быть прямым предком Дмитрия Витальевича Аврамова прежде всего потому, что для этого нет никаких «противопоказаний»: подходит имя (Терентий Александрович мог быть сыном этого человека) и даты – в том смысле, что в годы, указанные в данном «деле», отец Терентия Александровича должен был быть зрелым человеком, поскольку к этому времени уже и Терентий Александрович был взрослым человеком. И к тому же довольно успешным предпринимателем – вот сведения из «Указателя фабрик и заводов Европейской России с Царством Польским и Великим Княжеством Финляндским. Материалы для фабрично заводской статистики» за 1887 г. (сост. П. А. Орлов; с. 87):

Черниговская губ., Новозыбковский уезд, пос. Климов. Аврамов Василий Александрович, купец, выдал 1400 пудов, пенькотрепальное производство заведено в 1865 году, 8 рабочих. (произв. в тыс. руб. 10)

Аврамов Терентий Александрович, купец, в 1865 году выдал 4000 пудов пеньки, заведение учреждено в 1845 году, 20 рабочих. (произв. в тыс. руб. 10)

За 1894 г. (с. 108):

Абрамов Терентий Александрович, купец, Новозыбковский уезд, пос. Климов. Треплет 10 000 пудов пеньки (1840). (произв. в тыс. руб. 15). 25 рабочих.

Очевидно, что Василий Александрович является братом Терентия Александровича.

В «Календаре Черниговской губернии» на 1891 год упоминается Терентий Александрович Аврамов – упоминается как купец, а также как посадский голова. Из «Календаря…» на 1892, 1894, 1896 и 1897 годы видно, что Терентий Александрович продолжает оставаться посадским головой Климова, то есть главой органа самоуправления – Посадской думы (состоявшей, помимо посадского головы, из 20 гласных членов). Одновременно он был и председателем Сиротского суда. А также, как сказано выше, попечителем старообрядческой церкви.

Сиротский суд в дореволюционной России (1775—1917) – учреждение, заведовавшее опекунскими и сиротскими делами лиц городских сословий. После введения судебных уставов (в 1864 году) учреждался при окружных судах, в составе председателя — обычно городского головы – и определенного числа членов, избираемых собраниями купеческого, мещанского и ремесленного сословий на три года.

Между тем нам неизвестны ни год рождения Терентия Александровича Аврамова, ни когда и на ком он женился, ни точная дата его смерти.

Сведения из автобиографии Прокофия Терентьевича Аврамова, составленной в 1950, очень скудные и скорее всего не совсем достоверные: например, он пишет, что родители его, «как и ближайшие родственники, принадлежали к мещанскому сословию. Отец служил в частных торговых предприятиях». В Личном листке учета кадров в графе «Основное занятие родителей до Октябрьской революции» Прокофий Терентьевич указывает, что его отец служил приказчиком в промышленных предприятиях. Как видим, это противоречит историческим документам. Удивляться этому не приходится: при советской власти, особенно в первые годы и десятилетия ее существования, люди нередко скрывали свое происхождение, чтобы не осложнять себе жизнь. Скрывали не только заполняя официальные бумаги (типа личных листков учета кадров), но и в среде близких и родных. Сын Прокофия Терентьевича, Виталий Прокофьевич Аврамов, не знал никого из своих родственников по отцовской линии, семья не поддерживала никаких контактов с ними. Не с кем было поддерживать – или нельзя было поддерживать?

В автобиографии от 27.01.1946 Прокофий Терентьевич писал: «Отец и мать умерли еще в 1917 году, брат умер в 1927 году, его сын, мой племянник, убит при защите Сталинграда немецкими людоедами». Значит, какие-то контакты с родственниками Прокофий Терентьевич, очевидно, имел, иначе как бы он узнал эти факты?

Из той же автобиографии: «Ни я, ни мои родственники не были репрессированы». Однако вот два высказывания, принадлежащих невесткам Прокофия Терентьевича. 1) Татьяна Владимировна Лоренс: «Семья Прокофия Терентьевича была состоятельная, но очень тяжелая, и после революции он как бы порвал с ними и в последующие годы ни с кем из родственников не общался». 2) Елена Николаевна Кабаченко: «Прокофий Терентьевич был невероятно напуган арестами близких. Этот страх он сохранил на всю жизнь. Поэтому все о себе скрывал, ни с кем из родственников и былых друзей не общался. Несколько раз в беседе, оглядываясь по сторонам, он мне говорил: “Вам будут принадлежать дома в центре Киева – это была собственность деда и моих родных”».

Возможно, в обозримом будущем удастся пролить свет на события, произошедшие в семье Аврамовых в первые годы советской власти.