Дмитрий Харитонович Пальчиковский
Родился приблизительно в 1860. Дата эта вызывает сомнения, как и тот же год рождения Анны Юницкой, жены Дмитрия Харитоновича. Поскольку их старшая дочь Мария родилась в 1875, получается, что супруги Пальчиковские родили первого ребенка, будучи оба в 15-летнем возрасте. В этом возрасте они могли бы вступить в брак, если бы жили на сто лет раньше: в 1774 году Синод предписывал духовенству разведывать, «чтобы они возраст имели, юноши не менее 15 лет, а девицы в 13 лет». Однако уже в начале XIX века такой брачный возраст признали слишком низким. Государственный закон от 1830 года гласил: «Запрещается вступать в брак лицам мужского пола ранее восемнадцати, а женского шестнадцати лет от рождения». В особых случаях епархиальный архиерей, согласно указу 1857 года, мог по своему личному усмотрению разрешить брак, если жениху и невесте «недостает не более полугода до узаконенного на сей случай совершеннолетия». Так или иначе, пока в нашем распоряжении нет сведений о других датах рождения Дмитрия Харитоновича Пальчиковского и Анны Юницкой.
Отец Дмитрия Харитоновича, Харитон Прокофьевич Пальчиковский, происходил из крепостных крестьян. Отсюда можно сделать один из двух выводов: либо Харитон Прокофьевич перестал быть крепостным вследствие реформы 1861 года, в таком случае сын его, Дмитрий, родился еще крепостным; либо Харитон Прокофьевич получил «вольную» до отмены крепостного права.
В «Памятной книжке Черниговской губернии на 1878 год» (с. 87) указано, что Харитон Прокофьевич Пальчиковский был избран гласным от сельских обществ земского собрания Кролевецкого уезда Черниговской губернии. Косвенным образом это говорит о том, что он был человеком не без способностей, а вот о его сыне, Дмитрии Харитоновиче, достоверно известно, что это был человек исключительных способностей и душевных качеств и что он по-настоящему «выбился в люди». Воспоминания старожила города Коропа Владимира Жука, опубликованные в газете «Коропщина» от 24.07.2009:
«Пальчиковские бедного роду, жили в Коропе. Их было несколько братьев. Один из них начинал свою деятельность на заводе простым рабочим. Он был очень способным и умным, его заметили и некоторое время спустя сделали десятником, а потом постепенно он начал подниматься в жизни. Это был человек-самородок. Вскоре он разбогател. Имел свой крахмальный завод, который находился на территории бывшей сельхозтехники. Завод имел дренажную систему с четырьмя так называемыми «ловушками», с помощью которых промывали и получали крахмал высшего качества и низших сортов. (На этом заводе работали и две мои тетки.) Заработную плату заводчик платил рабочим еженедельно.
Как хозяин, Пальчиковский был добрым и порядочным человеком. Всегда мой прийти на помощь тем, кто к нему обращался. На месте нынешнего магазина продуктов предпринимателя Максименко была контора с большими подвальными помещениями. В саду, за магазином были построены длинные сараи, где выращивали бычков на мясо. Их подкармливали отходами крахмального производства. Потом резали, а мясо везли продавать за пределы Коропа. 
Поначалу Пальчиковский жил в небольшом деревянном домике, который по сей день стоит на улице Михайловской. Затем, на Вознесенской, построил два каменных дома рядом. В одном, что на углу улиц Михайловской и Вознесенской, при советской власти в 1960-х годах работал рентгеновский кабинет. Имения Пальчиковского находились поблизости. В том же дворе, немного вглубь, была мельница, где мололи муку высшего сорта. Через некоторое время мельница сгорела по неизвестной причине. Тут же стояли крупорушка и кородерка (устройства, с помощью которого мололи сушеную дубовую кору, а потом использовали ее для выделки шкур).
Нынешний районный дом культуры тоже возведен на деньги Пальчиковского. Тут была гимназия. Но в Великую Отечественную войну в нее попала бомба, одно крыло было разрушено, и ее разобрали.
На средства Пальчиковского был построен Плавучий мост. А в 1912 году произошло знаменательное открытие железной дороги, от Коропа до Алтыновки через Жернивки. От Жернивок до Вишенки, до сахарного завода князей Долгоруких была проложена подвесная канатная дорога. Товарная станция размещалась в Коропе на территории современного автодора. Но когда пришла советская власть, железную дорогу разобрали (в 1918 г.).
Моя мать рассказывала: в неурожайный год, когда людям угрожал голод, кое-кто из купцов города Коропа очень поднял цену на муку. Дмитрий Харитонович поехал в Сибирь и пригнал оттуда вагон муки, которую кто мог, покупал, а у кого не было денег, тому он отдавал со словами: «Деньги отдашь с нового урожая или когда будут».
Рассказывали, что сын Пальчиковского был образованным человеком, учился в Киеве, и когда начались революционные беспорядке (в 1917 году), он подсказал отцу продать все, что тот имел.
В первые годы революции Пальчиковского хотели уничтожить. Когда его вели на расстрел (старенького дедушку лет восьмидесяти, в светлом костюме и шляпе), люди из толпы стали кричать, что он хороший человек, что он спас их самих и их детей от голоду, – и его отпустили».
Итак, Дмитрий Харитонович был владельцем крахмального завода, мельницы, крупорушки и кородерки; на своей земле он выращивал пшеницу и рожь и молол на своей мельнице. В г. Коропе Черниговской губернии у него было три хороших дома, стоявших на Батуринском шляху (теперь это ул. Вознесенская; дома сохранились до настоящего времени), прекрасный сад, конюшня, 30 десятин пахотной земли. К наемным работникам он относился с уважением и никогда не показывал своего превосходства, а напротив, оказывал помощь и деньгами, и продуктами. Дмитрий Харитонович был высокообразованным, интересным человеком прогрессивных взглядов. В его доме всегда собирался «цвет» общества г. Коропа: врачи, священники, военные.
По воспоминаниям того же Владимира Жука, Дмитрий Харитонович имел двух братьев и двух сестер (имена их неизвестны). Одна из сестер жила в г. Кролевце (в настоящее время Сумская область), другая – в г. Коропе.
В семье Дмитрия Харитоновича было четверо детей: Мария (1875—1958), Ольга (1886—1959), Ефросинья (которую все, кто ее знал, до конца ее жизни называли Проней) (1889—1960) и Григорий (1892—1939). Старшая дочь Мария после замужества и рождения детей часто и подолгу жила в Коропе у своих родителей, поскольку работа ее мужа Захара Александровича Шевченко была связана с разъездами, и Дмитрий Харитонович принимал большое участие в воспитании внуков.
В 1912 Дмитрий Харитонович «был торговым приказчиком 2-го разряда по г. Коропу, и он действительно брал подряды на строительство мельниц и других объектов». 
В январе 1930, с началом коллективизации и так называемого раскулачивания, Дмитрия Харитоновича по ложному доносу лишили всего, что у него было, и он закончил свои дни в крайней бедности: «…виновником его гибели явился его племянник (сын сестры Дмитрия Харитоновича), который был инициатором и активистом процесса раскулачивания. Свои дни Дмитрий Харитонович закончил в собственном сарае, на соломе, лишенный элементарных удобств, пищи, растоптанный. Было это в 1930-х годах» (приложение к газете «Коропщина» от 24 июля 2009 г.).